Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика

III. Три удара для королевы

2 мая 1568 года Мария сумела бежать из заключения, собрала войско, но проиграла битву под Глазго своему сводному брату лорду Мюррею. У нее была возможность уехать во Францию, где она все-таки была вдовой короля, — но она решила отдаться под покровительство своей кузины Елизаветы Английской — и прогадала. Когда 16 мая Мария появилась в Англии, Елизавета сообщила ей через своего представителя, что Марии будет отказано в личной встрече, до тех пор, пока не будет доказана ее непричастность к смерти Генри Дарнлея. Марию поместили в Болтонский замок, хотя формально королеву Шотландии не имели права держать в заключении — тем более, вина ее не была доказана. Для выяснения истины была созвана так называемая Конференция Йорка, которая свое обвинение строила на уже упомянутых письмах из шкатулки. Мария отвергла все предположения о ее участии в убийстве своего мужа. Конференция закончилась ничем, но Марию продолжали держать в изоляции, перевозя из замка в замок. Было несколько заговоров с целью ее освобождения, однако ни один из них не принес Марии свободы — она только теряла тех, кто хотел ей помочь — так, первой политической казнью в правление Елизаветы стала казнь Томаса Говарда, герцога Норфолка, который имел с Марией роман в письмах и пытался ее освободить. Он был обвинен в государственной измене и казнен в 1572 году.

Трагической развязкой жизненной драмы Марии Стюарт стал так называемый «заговор Бабингтона». Кавычки здесь необходимы хотя бы потому, что это была провокация английской секретной службы под руководством Фрэнсиса Уолсингема. Саму же тайную структуру создал для борьбы с католической контрреформацией верный слуга Елизаветы Уильям Сэсил, лорд Берли.

William Cecil, baron Burghley — или Burleigh (1520—1598). Сделал карьеру придворного еще при Эдварде Сеймуре, был госсекретарем (1550—1553) при управлении Джона Дадли, герцога Нортамберленда. Сумел избежать гонений при Марии Кровавой, даже заседал в ее парламенте. Елизавете служил ровно 40 лет — с первых дней ее царствования — как госсекретарь (1558—1572) и как лорд-казначей (1572—1598) — до своей смерти. Был сторонником брака Елизаветы и законного продолжения линии Тюдоров. Ярый противник римско-католической церкви и ее «ставленницы» Марии Стюарт. На протяжении 40 лет оставался главным советником Елизаветы, и по существу контролировал как внутреннюю, так и внешнюю политику Англии.

Сэсил с Уолсингемом давно стремились совсем устранить Марию Стюарт, которая, даже находясь в изоляции, продолжала играть важную роль в планах европейских монархов-католиков, рассчитывавших убрать Елизавету с политической карты Европы. Для испанского или французского монархов удобным выходом стала бы смерть Елизаветы. Королева Англии еще в 1570 году папской буллой была отлучена от церкви, а в 1580 было объявлено, что убийство Елизаветы будет богоугодным делом — так что потенциальные убийцы имели даже не индульгенцию, а прямой заказ римско-католической церкви на устранение Елизаветы. Поэтому нет ничего удивительного, что превентивные меры по отношению к ее сопернице Марии Стюарт всерьез рассматривались — и планировались — слугами Елизаветы (с ее ведома, конечно). Единственным препятствием была предполагаемая реакция Испании и Франции на обычное убийство. Требовался повод, и таковым могло стать только уличение самой Марии в покушении на жизнь Елизаветы.

Этим и занялись Уильям Сэсил и Фрэнсис Уолсингем, чья деятельность по внедрению своих шпионов в центры европейской контрреформации была очень успешна. Они организовали тайную переписку Марии Стюарт с ее друзьями — письма доставлялись в замок, где содержалась пленница, в закупоренной деревянной фляжке, погруженной в бочонок с пивом. Ответы Марии устраивали шефа полиции почти полностью. Она просила испанского короля Филиппа II о скорейшей высадке испанских войск в Англии, обещала ему в обмен на свое освобождение завещать права на шотландский и английский престолы. Но для полной победы Сэсилу и Уолсингему требовалось собственноручное согласие Марии на убийство Елизаветы. Тогда и был использован молодой католик Энтони Бабингтон, жаждущий освободить Марию. Вначале его мнимые соратники настроили Бабингтона на убийство Елизаветы, затем было сфабриковано письмо к Марии, в котором Бабингтон сообщает о своем плане убийства королевы Англии:

«For the dispatch of the usurper, from the obedience of whom we are by the excommunication of her made free, there be six noble gentlemen, all my private friends, who for <...> your Majesty's service will undertake that tragical execution.
(Для убийства узурпатора, от повиновения которому мы освобождены, там будут шесть благородных джентльменов, которые <...> ради службы Вашему величеству предпримут эту трагическую казнь».

Сам Бабингтон с помощниками в это время должен был освободить Марию Стюарт из заточения. Одновременно план предусматривал высадку в портах Англии войск католических государств.

И ответ, так давно ожидаемый в Лондоне, последовал. В своем ответном письме Мария пишет:

«...be time to set the six gentlemen to work; <...> upon the accomplishing of their designing, I may be suddenly transported out of this place, and that all your forces in the same time be on the field to meet me in tarrying for the arrival of the foreign aid»
(...Вовремя поставить этих шестерых джентльменов действовать. <...> После выполнения их плана, я должна внезапно покинуть это место, и все ваши силы в это время должны быть на поле, чтобы встретить меня в ожидании прибытия иностранной помощи).

Однако у историков есть сомнения, что ответ Марии был именно таков — вполне вероятно, что текст письма, представленный на суде был сфабрикован. Но это дела не меняет. Даже если Мария состорожничала в ответ на пылкое письмо Бабингтона, то лондонским провокаторам не имело смысла затягивать дальше — они могли дописать решающие слова и за Марию.

В октябре 1586 года состоялся скорый — двухдевный — суд. Обвинение достаточно полно сформулировала сама Елизавета в своем последнем письме к Марии: «You have in various ways and manners attempted to take my life and to bring my kingdom to destruction by bloodshed» (Вы различными путями и способами пытались отобрать мою жизнь и ввергнуть мое королевство в кровопролитное разорение)

16 октября Мария была признана виновной, 1 февраля Елизавета подписывает смертный приговор своей кузине, а 7 февраля — подготовленный Уильямом Сэсилом указ о приведении приговора в исполнение...

Мария Стюарт была казнена 8 февраля 1587 года. Палач отрубил ей голову только с третьего удара.

Многие и до сих пор считают, что Елизавета не хотела казни своей кузины, оттягивала ее, как могла и даже попыталась отозвать свой указ о приведении приговора в исполнение — но, думается, это была лишь игра на вечность. И кратковременное, якобы в гневе, заключение в тюрьму того, кто доставил указ, и временное же отлучение от своей королевской милости верного Уильяма Сэсила, и усиленно распускаемые в Европе через послов слухи о том, что казнь свершилась без ее, Елизаветы, ведома — все эти «муки совести» были обыкновенным политическим актерством. Вдохновленная освобождением от страха перед соперницей, королева-актриса легко справилась и с другой проблемой. 14 февраля в письме шотландскому королю Джеймсу, сыну казненной, Елизавета напишет: «My dear Brother, I would you knew <...> how innocent I am in this case» (Мой дорогой брат, я хочу, чтобы Вы знали <...> как не повинна я в том, что случилось). Джеймс для вида повозмущался, но обещание Елизаветы сделать его наследником английского престола вернуло ему хорошее настроение.

Ровно 14 лет спустя королева Елизавета почти в точности повторит эту драму — только помогать ей и выступать в роли жертвы будут дети тех, кто сыграл главные роли в пьесе 1586—87 годов.