Рекомендуем

Купить электрическую зубную щетку. Детская зубная щетка купить fabrika.vip.

Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика

IV. Уравнение Гамлета

Тем не менее, полной ясности с датами пока нет. Встает проблема соотнесения реальной хронологии с течением литературного времени. И вот тут нам пригодится Полоний, прототипом которого все исследователи единодушно называют Уильяма Сэсила, лорда Берли.

Единодушие — единодушием, но нам все же придется ненадолго вернуться к фигуре Полония и как-то обосновать его «принадлежность» к Уильяму Сэсилу. В дополнение к уже известным историко-литературным параллелям приведем еще некоторые. Можно отметить сходство имен: Cecil — мясная фрикаделька, Burleigh (Burly) — плотный, дородный, и Polonius от Polony — варено-копченая свиная колбаса. Но тогда почему в первой редакции наш герой носит имя Corambis (Corabis)? Есть два варианта.

Построим следующую шаткую конструкцию: Coram — публично, на глазах/лично, сам/на месте преступления (лат) и bis — удвоенный. Тут мы сразу уверяем себя, что автор имел в виду формулу Полоний = король Клавдий, и Корамбис есть имя, говорящее именно об этом раздвоении.

Второй вариант более правдоподобен: имя намекает на девиз Уильяма Сэсила: Cor Unum Via Una (Только одно / единственное сердце / дух / натура / рассудок (Cor) — путь к единству). Скорее всего, в имени Corambis обыгран этот девиз честного государственного мужа — но с явным намеком на двоедушие, двоесердие. Что, впрочем, не отменяет и первый вариант, а даже укрепляет его.

Есть еще один штрих к портрету старого Полония — непосредственно портрет Уильяма Сэсила (The Portraits of the Cecils by James L. Claw, Curator of the Scottish National Portrait Gallery, p. 94.), «riding upon a mule to Parliament» (едущего верхом на муле в Парламент). Сразу приходит на память язвительное замечание Гамлета в ответ на объявление Полония, что во дворец приехали актеры. Лозинский дает слова Гамлета как некую цитату из неизвестной баллады: «И каждый ехал на осле...». Но в оригинале 1604 года Гамлет говорит совершенно конкретно: 1443 Ham. Then came each Actor on his Asse (Следом приехал другой актер на его осле)! И тут же услужливая память подводит еще одного осла — помните песенку Гамлета о нынешнем короле — крестьянине, где напрашивается рифма к слову was — все тот же asse? Вот только речь в песенке — о Клавдии. Есть ли здесь совмещение этих ослов? Вероятно, есть, если вспомнить «ослиную» символику Библии. Христос въезжает в Иерусалим именно на осле — как Царь иудейский. В древне-еврейской традиции Осел выступает как священное животное судей, царей, пророков. Традиция эта идет еще из Египта, где Гор, победитель зла, воплощенного в убийце Осириса Сете, превратил того в осла и сел на него верхом. С тех пор Сет изображался с головой осла. Так что, разъезжая верхом на муле Уильям Сэсил скромно намекал на свою царственность. Но вот Шекспир намекал на его, Сэсила, ослиность...

Теперь, доказав себе, что Полоний и есть Уильям Сэсил, давайте попробуем выстроить общую историко-литературную хронологию и с ее помощью все расставить по своим местам. Поможет нам в этом смерть Берли-Полония. Уильям Сэсил умер в 1598 году, спустя сорок лет после коронации Елизаветы. Осмелимся предположить, что и в пьесе Шекспира двойник старого Сэсила Полоний ушел в мир иной в том же самом году. Что нам дает такое временное совмещение? Вспомним, что разговор Гамлета и Офелии во время спектакля происходил за какой-то час до того момента, когда Гамлет якобы проткнул шпагой гобелен, за которым скрывался Полоний. Тогда получается, что сроки, отсчитываемые от смертей двух отцов Гамлета, из условно-сценических легко превращаются в настоящие, измеряемые годами. Все тот же принцип уравнения: смерть старого Гамлета-Дадли случилась за «2 месяца» до смерти Полония, или 1598 — 1588 = 10 лет назад; значит, смерть настоящего отца Гамлета произошла «2×2 месяца» или 2×10=20 лет назад, в 1598 — 20 = 1578 году — что совпадает с годом смерти в датской тюрьме сошедшего с ума графа Босвелла. Как видим, элементарная арифметическая проверка принесла удовлетворительное подтверждение наших подозрений об идентичности временных шкал истинных и литературных событий.

Теперь, опираясь на эту хронологию, мы можем принять 1567 год, как дату рождения принца Гамлета, вернее, его реального двойника — она косвенно подтверждается и тем, что настоящим отцом (родителем) принца является Фортинбрасс-граф Босвелл и тем, что в этом году Гекуба-Мария Стюарт родила близнецов (bison), и тем, что в этом же году, сразу после родов, была лишена шотландского трона. Правда, есть одна загвоздка в нашей хронологии — получается, что сцена на кладбище была в 1567 + 30 = 1597 году, т. е. раньше, чем смерть Полония. Ничего не поделаешь — придется признать, что путаница в датах объективно существует, и наш сильный принцип начинает давать сбои (было бы удивительнее, если бы он выполнялся полностью). Но эта «тридцатка» может иметь и другой смысл, о чем мы напомним, когда будем рассматривать сцену на кладбище.

Пользуясь одной голой математикой, нельзя с достоверностью установить прототипа Гамлета. Однако к нашему счастью, Шекспир оставил для идентификации сведения, которые исторически достоверны. Сделаем проверку на конгруэнтность — сравним некоторые эпизоды пьесы с подобными эпизодами реальности

Итак, мы знаем, что отчимом принца был старый король Гамлет, прототипом которого мы назначили Роберта Дадли, графа Лейстера, тайного мужа королевы Елизаветы-Гертрад. Сам принц был сыном развенчанной в день его рождения королевы Фортинбрасс. Связка двух отцов и дата рождения самым естественным образом выводит нас к следующей логической цепочке.

У Роберта Дадли, как мы помним, был пасынок, он же — сын леди Летиции, вдовы Уолтера графа Эссекса, на которой и женился Роберт Дадли. Этот пасынок имеет отношение и к Уильяму Сэсилу, поскольку побывал под его опекой после смерти своего официального отца в 1576 году. Он же (пасынок) родился в 1567 году, когда Мария Стюарт отреклась от престола. Таким образом, вся цепочка приводит нас к предположению, что именно этот молодой человек, переходящий из одних отеческих рук в другие, и был родным сыном графа Босвелла и Марии Стюарт.

Мы вынуждены сделать следующее заключение:

Принц Гамлет = Роберт Деверо, 2-й граф Эссекс.

Пока что это начальное уравнение, — оно должно быть подтверждено или опровергнуто дальнейшей чередой сравнений.

В пьесе есть несколько событий, которые можно соотнести по времени с реально происходившими. Продолжая удерживать смерть Берли-Полония в качестве отправной точки, последуем за героями и их прототипами дальше в поисках соответствий.

1. После убийства Полония, которое состоялось вслед за представлением крамольной «Мышеловки», король отправляет Гамлета в Англию — «сбирать недополученную дань».

Для сравнения: 1597 год — первая публикация пьесы Шекспира «Ричард II», 1598 — смерть лорда Берли. Весна 1599 — Роберт Эссекс в результате интриги Роберта Сэсила и Фрэнсиса Бэкона отправляется в Ирландию на подавление восстания графа Тирона.

2. Гамлет возвращается в Данию при неясных обстоятельствах. В распоряжении читателя — только поддельные письма и намек на потерю королевского будущего принца. К письмам имеют отношения бывшие друзья Гамлета — Розенкранц с Гильденстерном и горбатый Горацио.

Для сравнения: Эссекс, спустя пять месяцев после убытия в Ирландию, встревоженный происками Сэсила, покидает свою армию и возвращается в Англию. Прямо с дороги он врывается в королевские покои и пытается объясниться с королевой. Она отсылает графа умыться и переодеться, обещая потом принять и выслушать его. Однако этого «потом» так и не случилось — Эссекс был изолирован и начался период его падения.

Сразу после отлучения графа от королевы Фрэнсис Бэкон подделывает письма, в числе которых и «письмо Эссекса королеве». По объяснениям самого Бэкона (уже после воцарения короля Джеймса), этими письмами он хотел помочь Эссексу вернуть расположение королевы. Эссекс на суде свидетельствовал, что эти письма видел и госсекретарь Роберт Сэсил — и мы не можем отрицать возможности того, что вездесущий Сэсил принимал участие в их редактировании.