Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика

VI. Клавдий или Клавдия?

Мы так и не вычислили, кого же имел в виду Шекспир под королем Клавдием. Как обычно, рассмотрим два варианта решения, два корня одного уравнения. Какой из них верный, сказать трудно, скорее всего, как это часто бывает в математике, оба они верны, но каждый — на своем отрезке времени. Рассмотрим первое решение, которое мы уже подготовили всем своим чтением.

Уильям Сэсил, единственный из приближенных королевы Елизаветы, умудрился на протяжении всей своей сорокалетней карьеры сохранить королевское расположение. Считается, что именно он, по сути, вел большую часть внешней и внутренней политики елизаветинской Англии и был, что сейчас называется, «ястребом», подталкивая королеву к самым жестким мерам по отношению к тем, кого он считал врагом Англии. В частности, твердая антистюартовская позиция лорда Берли и привела королеву Шотландии и Франции на эшафот.

Лорд Берли держал в своих руках государственные поводья, оставаясь при этом королевским министром (однако нет никаких сведений о том, что он когда-нибудь был в фаворе у Елизаветы как мужчина). Если еще учесть, что лорд Берли страдал подагрой и в конце жизни передвигался только на кресле-коляске, а имя Claudius происходит от claudus (хромать, ковылять), то вот вам и второй муж Гертрад. Хотя Полоний и король Клавдий выглядят как два разных персонажа и в некоторых сценах присутствуют вдвоем, но в прозе они между собой не разговаривают, и можно предположить, что перед нами — одно и то же лицо, называемое по-разному в зависимости от той ипостаси, в которой в данный момент это лицо находится — придворного или играющего роль императора. Доказательной силой обладает и первое имя Полония — Корамбис (двоедушный, прилюдно удвоенный). Вспомним и слова Гамлета, сказанные им актерам: «Тому, кто играет короля, я воздам должное»; вспомним и тот факт, что актер Полоний играл в университетском театре Юлия Цезаря.

На последнем факте нужно остановиться поподробнее. Пьеса Шекспира представляет собой то, что сегодня называется интертекстом. Для его понимания читать нужно не только саму пьесу, но и все произведения, на которые — явно или неявно — ссылается автор. Как вы, наверное, заметили, по мере сил мы это делаем. А значит, не должны пропустить и упоминание Юлия Цезаря, которого играл Полоний — мы сразу понимаем, что нужно обратиться к одноименной пьесе Уильяма Шекспира.

Пьеса «Юлий Цезарь», скорее всего, была написана в конце 1598 — начале 1599 годов. Первое упоминание о ее постановке относится к сентябрю 1599 года. Аникст отмечает: «Поэма эта была напечатана в 1601 году, но автор подчеркивает в предисловии, что он написал ее за два года до того, то есть в том же 1599 году». Напомним, что Уильям Сэсил умер 4 августа 1598 года. Он не был королем Англии, но правил ею. Шекспир выбрал для своей пьесы сюжет убийства Цезаря, которое свершилось перед самым заседанием сената, — сенаторы собирались утвердить Цезаря императором и тем самым превратить республику в монархию. Пока что совпадение не идеальное. Даже учитывая, что Шекспир вывел Цезаря старым и глухим, а Уильям Сэсил почти полностью оглох уже в 1590 году. Но если сделать короткий обзор остальных действующих лиц, то многое прояснится.

Почему-то считается, что «Юлий Цезарь» — трагедия. Однако если читать эту пьесу, зная описываемую ситуацию, то она оказывается комедией, точнее — сатирой. Чего стоит рассказ Каски о том, как Антоний предлагал Цезарю корону:

«Я видел, как Марк Антоний поднес ему корону; собственно, это была даже и не корона, а скорее коронка, и, как я вам сказал, он ее оттолкнул раз, но, как мне показалось, он бы с радостью ее ухватил. Затем Антоний поднес ее ему снова, и он снова оттолкнул ее, но, как мне показалось, он едва удержался, чтобы не вцепиться в нее всей пятерней»

Двое главных заговорщиков — Брут и Кассий — хотят убить Цезаря. Мозг заговора — философствующий, жадный и завистливый Кассий, которого Цезарь боится:

...если бы я страху был подвержен,
То никого бы так не избегал,
Как Кассия. Ведь он читает много
И любит наблюдать, насквозь он видит
Дела людские; он не любит игр
<...>
Такие люди вечно недовольны,
Когда другой их в чем-то превосходит,
Поэтому они весьма опасны.

Кассий, используя идеализм республиканца Брута, вовлекает его в заговор, чтобы использовать любовь народа к Бруту. Чтобы убедить Брута, он подбрасывает ему поддельные письма:

...Нынче ж ночью
Ему под окна я подброшу письма,
Как будто бы они от разных граждан;
В них напишу, что имя Брута чтится
Высоко в Риме, намекнув при этом
На властолюбье Цезаря туманно.

Не правда ли, эти фальшивые письма и любовь к чтению нам уже кого-то напоминают?

Кассий хочет убить не только Цезаря, но и Марка Антония, «цезарева любимца». Брут противится этому. Он «добрее» Кассия и убивает Цезаря за идею республики, в отличие от корыстного и завистливого Кассия. Брут милостив, он не только разрешает Антонию жить: «Коль Цезаря он любит, пусть умрет С тоски по нем», — но и позволяет тому выступить перед римлянами после убийства Цезаря. Умная и хитрая речь Антония изобилует ловушками для слушателей вроде:

Стон бедняка услыша, Цезарь плакал,
А властолюбье жестче и черствей;
Но Брут назвал его властолюбивым,
А Брут весьма достойный человек.

Своей речью Антоний настраивает римлян, только что приветствовавших убийц Цезаря, против Брута. (Нужно отметить, что речь Брута перед римлянами дана прозой, тогда как выступающий за ним Антоний говорит стихами). Война между Антонием и Брутом кончается победой Антония и самоубийством Брута. Перед поражением Брута ему два раза является призрак убитого им Цезаря, который предрекает своему убийце скорую гибель.

Итак, соединив все факты и спроецировав их на реальную ситуацию, мы можем предполагать, что в пьесе «Юлий Цезарь» рассказывается о смерти некоронованного короля Англии Уильяма Сэсила и о том, что к этой смерти причастны «Брут» граф Эссекс (бывший в детстве под опекой Сэсила) и «Кассий» Фрэнсис Бэкон (племянник Уильяма Сэсила). Как было на самом деле, мы не знаем — История свидетельствует, что Сэсил умер накануне своего 78-летия от болезней. Только Шекспир прозрачно намекает своими произведениями на то, что конец лорда-казначея кто-то ускорил. Но заговорщики так и не смогли воспользоваться смертью Цезаря-Сэсила — победу одержал хитрый Антоний («часть цезарева тела»), он же — сын Уильяма Сэсила, Роберт Сэсил. Именно этот горбатый «эльф» (или «херувим, видящий мысли короля») после смерти отца стал главным советником королевы Елизаветы.

Что касается очередности ударов, то по Шекспиру первый удар нанес Цезарю Кассий, а не Брут. И это важное замечание — оно помогает нам разобраться со смертью Полония в «Гамлете», или, хотя бы заподозрить того, кто на самом деле виновен в его смерти.

Племянник Уильяма Сэсила очень не любил своего дядю за то, что тот, несмотря на все просьбы и мольбы, пальцем не пошевелил, чтобы помочь ему, Фрэнсису сделать карьеру при дворе. Фрэнсис не любил своего двоюродного брата Роберта Сэсила за то, что тот сделал эту самую карьеру. Фрэнсис поставил на Эссекса, но после его падения переметнулся на сторону бывших противников.

Так кто же убил Полония в «Гамлете», если Цезаря в «Цезаре» убил Кассий (нанес первый удар)? Несмотря на разные имена и разные пьесы, герой в интертексте — один. Но — сделаем вид, что топчемся в нерешительности. Ответ уже не так важен. Главное — путь к нему, который мы проделали.

И все-таки, теперь мы можем утверждать, что Полоний изображал Юлия Цезаря не только на студенческой сцене. Он играл короля при дворе — и был убит (отравлен?) как император Клавдий.

Однако в этой неожиданной, но заманчивой и многое объясняющей версии есть одно затруднение, которое, кажется, сводит на нет всю нашу изобретательность. Как это ни печально для автора данного расследования, но король продолжает жить после смерти Полония. Именно король допытывается у Гамлета, где Полоний, и Гамлет отвечает, что на небесах. Рассмотрим еще один «царственный» вариант, на который намекают слова Гамлета «Прощайте, дорогая мать», обращенные к королю.

Имя Клавдий в пьесе появляется только в редакции 1604 года — и только один раз. Стоит ли уделять ему так много внимания? Думаю, стоит, — хотя бы ради полноты исследования. Тем более что с этим именем, оказывается, можно связать и нашу королеву.

Кроме императора Клавдия, о котором мы уже знаем, есть и другие кандидаты. Например, был еще Клавдий II, о котором мы помним в связи с праздником св. Валентина. Император издал указ о запрете на свадьбы и помолвки, когда у него возникли проблемы с набором солдат в армию. Священник Валентин тайно венчал влюбленных, за что и поплатился — был казнен 14 февраля. В «Гамлете» к этим событиям отсылает песенка Офелии «Назавтра Валентинов день...». В реальной жизни можно найти параллель с поступками Елизаветы, которая очень гневалась, когда ее фавориты и просто приближенные мужчины женились без ее ведома (Роберт Дадли, граф Эссекс, граф Саутгемптон, Уолтер Рэли и др.). Это первый, пока слабый намек на связь имени Клавдий с королевой Елизаветой.

Есть и второй, более сильный, который содержится в овидиевских «Фастах» (книга 4). Овидий (любимый и наиболее цитируемый Шекспиром античный автор) пишет:

Клавдия Квинт свой род выводила от древнего Клавса,
Был ее облик и вид знатности рода под стать.
И непорочна была, хоть порочной слыла: оскорбляли
Сплетни ее и во всех мнимых винили грехах.

Эта самая Клавдия Квинт (Пятая — почти Queen) попросила у богини о принародном чуде в доказательство ее непорочности, и та помогла ей — слегка потянув за канат, Клавдия сдвинула застрявшую в обмелевшей реке ладью. Таким образом, информация, заключенная в имени Клавдий, может указывать и на «девственницу» Елизавету, легко ведущую корабль своей страны, наказывающую при всей своей заявленной девственности неверных ей мужчин.

Что касается «заключенной» в имени хромоте, то королева с 1570 года страдала болезнью ног и хромала, что не скрывают исторические источники.

Здесь самое время еще раз вспомнить о той ремарке, объявляющей появление королевской четы. Enter Claudius, King of Denmarke, Gertradt he Queene. На самом деле, королеву зовут не таким трудным именем Gertradt. Просто в выражении Gertrad the Queene допущена — или предусмотрена? — опечатка: определенный артикль the разделен таким образом, что у королевы Gertrad появилась лишняя буква (t) и мужские признаки (he). Тут можно вспомнить присказку, ходившую во времена правления Джеймса I, короля-гомосексуалиста: «Елизавета была нашим королем, Джеймс стал нашей королевой».

Однако, не столь важно искажение имени королевы, — интереснее этот определенный артикль, который проставлен только перед королевой и легализует в монаршей чете только королеву, а неопределенный король Клавдий превращается лишь в титул, становится политическим телом, абстрактным носителем властных полномочий, тем самым государством, за которым, по ее словам, и была «замужем» королева Елизавета.

Конечно, имея на руках такие слабые доказательства, я не могу настаивать на своей точке зрения. Тому, кто приведет более убедительную версию, Шекспир скажет «спасибо» — все же автор творил для того, чтобы кто-нибудь когда-нибудь понял то, что он зашифровал.