Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика

Сонет 110

----------
Оригинальный текст и его перевод
----------

Alas 'tis true, I have gone here and there,
And made myself a motley to the view,
Gored mine own thoughts, sold cheap what is most dear,
Made old offences of affections new.
Most true it is that I have looked on truth
Askance and strangely; but, by all above,
These blenches gave my heart another youth,
And worse essays proved thee my best of love.
Now all is done, have what shall have no end:
Mine appetite I never more will grind
On newer proof, to try an older friend,
A god in love, to whom I am confined.
Then give me welcome, next my heaven the best,

Even to thy pure and most most loving breast.

Увы, это правда: я сновал туда-сюда
и делал из себя шута в глазах _людей_,
уродовал {*} собственные мысли, продавал задешево самое дорогое
творил старые грехи из новых привязанностей.
Истинная правда то, что я смотрел на правду [верность]
с подозрением и как чужой; но, _клянусь_ всем высшим,
эти заблуждения дали моему сердцу вторую молодость,
и худшие испытания доказали, что ты - моя лучшая любовь.
Теперь с этим покончено; _ты_ имеешь то, что не будет иметь конца;
свой аппетит я больше не буду заострять
новыми испытаниями, проверяя старого друга,
бога в любви, к которому я привязан [прикован].
Так прими меня, для меня уступающий только небесам,
в свою чистую и самую-самую любящую грудь.

{*   В   оригинале   -  "gored".  Глагол  "gore"  в  современном  языке
употребляется  главным образом применительно к животным, в значениях "бодать
(рогом)", "пронзать (клыком)", однако в эпоху Шекспира он имел более широкий
спектр  значений:  "пронзать",  "резать",  "рубить"  (острым оружием и пр.).
Другой  основой  для  интерпретации  может  служить существительное "gore" -
"клин",  в  том  числе  клин,  вставляемый в одежду для расставки. Исходя из
этого  значения,  фразу  "gored  mine  own  thoughts"  можно истолковать как
"уродовал  собственные  творенья (чужеродными) вставками)" С другой стороны,
нарочито  широкие,  яркие  клинья  были характерны для одежды шутов, поэтому
возможно еще прочтение: "придавал шутовское обличье собственным мыслям".}

----------
Перевод Игоря Фрадкина
----------

Увы, напялив шутовской костюм,
Дешевым предаваясь увлеченьям,
Я дружбу оскорблял, неволил ум,
И прежним изменял я убежденьям,
И новые пристрастья умножал;
Но умопомраченье миновало -
Я, отгрешив, вновь молод сердцем стал:
Любовь чрез боль потерь вновь засверкала!
Твоим достоинствам предела нет
И дружбу старую я не позволю
Испытывать отныне, хватит бед! -
Ты - Бог! - навек я у тебя в неволе!
Не пожалей небесного огня:
На любящей груди согрей меня!

----------
Перевод Владимира Микушевича
----------

Не скрою: выходил я на базар,
Где шутовским нарядом щеголял
И, превращая мысль мою в товар,
Былое новой страстью оскорблял.
Не скрою: я смотрел на правду вкось,
В дурных соблазнах молодость губя,
Но выбелить мне сердце довелось:
Обрел я в худшем лучшее - тебя.
Не нужно больше гибельных потуг,
Желание мое утолено;
Раз навсегда испытан верный друг,
Бог любящий, и с ним я заодно.
Приветь меня, ты скорбь мою развей,
И я на небе, на груди твоей.

----------
Перевод Н. В. Гербеля
----------

Носясь то здесь, то там, себе же на беду,
Я удручал и рвал на части ретивое,
Позорно продавал все сердцу дорогое
И превращал  любовь в кровавую вражду.

Но все тревоги те мне юность снова дали,
А непреклонность чувств и опыт показали,
Что ты хранишь  в себе любви моей залог,
Хоть я и был всегда от истины далек.

Так получай же то, что будет длиться вечно:
Не стану больше я дразнить свой аппетит,
Ввергая в бездну зол приязнь бесчеловечно,
А с нею и любовь, чей свет меня манит.

Итак - приветствуй, мой возврат благословляя,
И к сердцу своему прижми меня, родная!

----------
Перевод Б.Кушнера
----------

Увы, все так, я жил шутом пустым.
Колпак везде таская за собою,
Калечил мысль, и торговал святым,
И оскорблял одну любовь другою.
да, это так. Я к правде жил спиной,
Во лжи подозревал ее, и все же -
Вернул мне юность горький опыт мой
И истину, что ты всего дороже.
Конец всему, во нет любви конца!
Прими же пыл моей воскресшей страсти.
К чему дразнить незрелые сердца -
Ведь ты мой бог во всем величье власти!

На любящей груди, где свет небес видней,
Укрой меня от злой судьбы моей.

----------
Перевод С.И. Турухтанова
----------

Шутом нашастался по миру, каюсь!
Напропалую врал, что было сил:
Распродавал, с ценою не считаясь,
Любви изменой раны наносил.

Да, правда, что мне правда не по нраву;
Я знаю, что измена - тяжкий грех,
Хотя неверность все-таки приправа,
Наевшись, понял: друг мой лучше всех.

Да будь, что будет! Погуляв беспечно,
Я обуздаю к приключеньям аппетит
И никогда... Пусть Бог меня простит:
Ты - бог любви и я твой раб навечно.

Пусти бродягу блудного опять,
Пречистые колени обнимать.

----------
Перевод Р. Бадыгова
----------

Да, это верно, странствуя по свету,
Я превратился в жалкого шута
И торговал за мелкую монету
Той дружбой, что всегда была чиста.
И так же верно, что на верность друга
Взирал я равнодушно, как чужой.
Но из скитаний - в том моя заслуга -
Вернулся с обновленною душой.
Испытывать тебя - пустое дело,
Свой аппетит не стану я дразнить.
Прими любовь, которой нет предела,
О, божество, тебя ли не любить!
В своем ты сердце место мне найди
И старой дружбой снова награди.

----------
Перевод Андрея Кузнецова
----------

Увы, все так. Везде я побывал
И облик свой менял я вновь и вновь,
Богатство за бесценок продавал
И оскорблял проступками любовь,
Да, правда, что на правду я смотрел
С прохладностью, бесстрастно, свысока
И юностью другой увлечься смел,
Не видя, как гнетет тебя тоска.
Все позади, излечен мой недуг,
Во мне горит неугасимо страсть,
Я навсегда с тобой, мой милый друг,
Мой бог - любовь взял надо мною власть.
  Приют, сравнимый с раем, мне найди
  Ты в искренней и любящей груди.

----------
Перевод С. Степанов
----------

О да, увы, в шутах я побывал,
Зевак потешил пестрою обновой,
Задешево богатство продавал,
Старинную любовь пятная новой.

О да, увы, глаза я отводил
От верности и в этом помраченьи
Вторую юность сердцу находил
И приносил тебе одни мученья.

Но хватит разжигать мне аппетит!
Все кончено, возьми, что бесконечно. -
Моя любовь тебя не огорчит,
Мой бог, к тебе привязан я навечно.

Меня к земному раю приведи -
И к любящей прижми своей груди.

----------
Перевод А.М. Финкеля
----------

Все правда, все! Блуждая тут и там,
В шута я превратился площадного;
Все, чем я жил, я кинул всем ветрам,
И старую любовь сквернил я новой.

И правда то, что был я груб и зол,
На искренность поглядывал с презреньем.
Но юность сердца я опять нашел,
Любимую увидел новым зреньем.

Теперь конец! Я быть твоим хочу,
Себя увлечь страстям я не позволю,
Старинной дружбы я не омрачу,
Ты - бог любви, твоей я предан воле.

Преддверием небес отныне будь -
Прими меня на любящую грудь!

----------
Перевод Самуила Яковлевича Маршака
----------

Да, это правда: где я ни бывал,
Пред кем шута ни корчил площадного,
Как дешево богатство продавал
И оскорблял любовь любовью новой!

Да, это правда: правде не в упор
В глаза смотрел я, а куда-то мимо,
Но юность вновь нашел мои беглый взор,
Блуждая, он признал тебя любимой.

Все кончено, и я не буду вновь
Искать того, что обостряет страсти,
Любовью новой проверять любовь.
Ты - божество, и весь в твоей я власти.

Вблизи небес ты мне приют найди
На этой чистой, любящей груди.