Рекомендуем

• По низким ценам доставка шаров по москве и области.

Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика

Сонет 2

----------
Оригинальный текст и его перевод
----------

When forty winters shall besiege thy brow,
And dig deep trenches in thy beauty's field,
Thy youth's proud livery so gazed on now
Will be a tottered weed of small worth held:
Then being asked where all thy beauty lies,
Where all the treasure of thy lusty days,
To say within thine own deep-sunken eyes
Were an all-eating shame, and thriftless praise.
How much more praise deserved thy beauty's use,
If thou couldst answer, 'This fair child" of mine
Shall sum my count, and make my old excuse',
Proving his beauty by succession thine.
This were to be new made when thou art old,
And see thy blood warm when thou feel'st it соЦ

Когда сорок зим {*} возьмут в осаду твое чело
и выроют глубокие траншеи на поле твоей красоты,
гордый наряд твоей юности, который теперь так привлекает
взгляды,
все будут считать лохмотьями;
тогда если тебя спросят, где вся твоя красота,
где все богатство цветущих дней,
сказать, что оно в твоих глубоко запавших глазах,
было бы жгучим стыдом и пустой похвальбой.
Насколько похвальнее было бы использование твоей красоты,
если бы ты мог ответить: "Этот мой прекрасный ребенок
подытожит мой счет и станет оправданием моей старости",
доказав _его сходством с тобой_, что его красота - это твое
наследство
Это было бы _как будто_ снова стать молодым, когда ты
стар,
и увидеть свою кровь горячей, когда ты чувствуешь, что
_в тебе_ она холодна.

{*  По понятиям того времени, сорокалетний возраст для человека означал
наступление старости.}

----------
Перевод Игоря Фрадкина
----------

Примчатся Зимы, в плен возьмут чело,
На теле - поле брани - рвов нароют,
Былого не оставят ничего,
Сорвут одежды и рваньем прикроют;
Твоей красы пробьет последний час,
И где тогда искать ее приметы?
В бездонной глубине запавших глаз?
Тебе обжора-стыд отмстит за это!
О, если б ссуду - красоту - ты мог
Природе возвратить, сказав простое:
"Да вот мой сын! Что ж - подводи итог:
Я не растратил время золотое!"
Твой сын начнет пылать твоим огнем,
Кровь старческую ты согреешь в нем.

----------
Перевод Владимира Микушевича
----------

Когда войска зимы сороковой
Обезобразят рвами гордый лоб,
Ты будешь схож с поблекшею травой,
В которой затаился ветхий гроб.
И если спросят вдруг тебя в упор:
"Куда девал ты красоту твою?"
Ответишь ли, скрывая свой позор:
"Ее в глазах запавших я таю"?
А ты бы мог парировать удар,
Сказав: "Мой сын прекрасней расцветет
И, оправдав отца, который стар,
Пригожеством своим оплатит счет.
Твоя застынет кровь, однако в нем
Она взыграет сладостным огнем.

----------
Перевод В.Бенедиктова
----------

Однажды Купидон, склонясь венком кудрей
И факел опустив, уснул среди поляны;
Подкравшись к сонному, одна из жриц Дианы
Взяла тот пламенник - и в воду поскорей.

И хладного ключа вода теплей, теплей,
И животворного потока бьют фонтаны,
И притекают к ним толпы больных людей
И, язвы там целя, излечивают раны.

Проснувшись, факел свой схватил любви божок,
Коснулся Хлои глаз и вновь его зажег -
И к сердцу мне поднес, а я не остерегся, -
И, страждущий, пошел к целебному ключу,

Но мне не помогло: себя я излечу
Лишь влагою очей, где факел тот возжегся.

----------
Перевод М. Чайковского
----------

Когда твой лик осадят сорок зим,
Изрыв красу твоей роскошной нивы,
То блеск его, теперь неотразим,
Представится тогда мрачней крапивы.
И на вопрос, где красота былая,
Сокровище твоих весенних дней,
Не прозвучит ли как насмешка злая
Ответ: "В глуби ввалившихся очей"?
Насколько ж будет лучше примененье
Твоих даров, когда ответишь: "Вот
Мой сын, в нем старости моей прощенье"...
И снова лик твой миру зацветет.
Так, стариком ты станешь юным вновь,
Когда в другом твоя зардеет кровь.

----------
Перевод Н. В. Гербеля
----------

Когда, друг, над тобой зим сорок пролетят,
Изрыв твою красу, как ниву плуг нещадный,
И юности твоей убор, такой нарядный,
В одежду ветхую бедняги превратят,-

Тогда на тот вопрос, с которым обратятся:
"Скажи, где красота, где молодость твоя?"-
Ужель ответишь ты, вину свою тая,
Что в мраке впалых глаз твоих они таятся?

А как бы ты расцвел, когда б им не шутя
Ответить вправе был спокойно и с сознаньем:
"Вот это мной на свет рожденное, дитя
Сведет мой счет и мне послужит оправданьем".

Узнал бы ты тогда на старости любовь,
Способную согреть остынувшую кровь.

----------
Перевод Веры Якушкиной
----------

Когда осадят сорок зим чело,
Траншеи красоту избороздят,
Гордец презрительный, чье время отцвело,
Трясущийся, себе не будешь рад:
И на вопрос, где красота былая,
Где все сокровища, что прежде украшали,
Смолчишь, провалом старых глаз взирая,
Стыдясь похвал, что тебе прежде источали.
Но как подарок будет мирозданью,
Когда ответишь: "Вот мое дитя",
В итоге, это будет оправданьем
И доказательством. Тогда тебя простят.
Спеши подобного создать, тогда старея,
Он кровь остывшую своим теплом согреет.

----------
Перевод С.И. Турухтанова
----------

Когда лет_а_ и зимы вспашут лоб,
Покрыв седой травой лицо твое,
Кто вспомнит молодежный гардероб,
За сорок лет сносившийся в тряпье!

А на вопрос: "Где красота лежит,
Что буйно расцветала той весной?"
"В глазах - скажи - она нашла покой,
Где спит гордыня, слезы, боль и стыд".

Совсем другим ответ твой быть бы мог:
"Мой младший сын - милейший из детей -
Прожитой жизни подведет итог,

Мою красу наследуя в своей".
Он мог бы жить, твое тепло храня:
Согрел бы старость жар его огня.

----------
Перевод Р. Бадыгова
----------

Как сорок зим возьмут тебя в осаду
И на лице оставят явный след,
Цвет юности, даривший нам отраду,
Увянет, превратившись в пустоцвет.
А спросят, где краса твоя былая,
Где роскошь и богатство прежних дней -
Тогда ты, очи долу опуская,
Вдруг устыдишься глупости своей.
Приятней ссуду, что дана с рожденья,
Вернуть, сказав, что сын любимый твой
Оплатит счет, и заслужить прощенье,
Его ссудив своею красотой.
Себя в нем молодым увидев вновь,
Почувствуешь ты, как теплеет кровь.

----------
Перевод Андрея Кузнецова
----------

Когда оставят сорок зим свой след,
Исполосуют борозды чело,
Красой твоей не восхитится свет,
И ты поймешь, что время истекло,
Тогда в ответ на то - А где сейчас
Богатства, красота минувших дней?
Ответишь - Там, на дне запавших глаз, -
Но кто тебе поверит из людей?
Насколько б лучше прозвучал ответ -
Взгляните на моих детей - у них
Хранится прелесть, прежней славы цвет,
В них оправданье немощей моих.
  Так пусть и кровь, и свет твоих очей
  В наследниках пылают горячей.

----------
Перевод Александра Ситницкого
----------

Когда осаду снимут сорок зим
С твоих, о щеголь мой, еше в цветах владений
Тогда и под камзол, хоть ты гордишься им,
Как под сухой сорняк, и мот не ссудит денег.

И если спросят: "Где живительный запас
Блестящей красоты, лелеемой тобою?"
Что ты ответишь? - "Здесь , на дне запавших глаз,
Изъеденнных стыдом, беспечной похвальбою?"

Но мог бы быть иным, достойным твой ответ,
Лишь в почву сочную излей любовь и семя:
"Вот чистое дитя, наследник славных лет,
Грехи мои простит, долгов разделит бремя."

Опора старости твоей, раздует чувств очаг,
Чтобы огонь в нем не зачах.

----------
Перевод Б. Лейви
----------

Лишь сорок зим заснежат белым брови,
А свежесть борозды морщин изранят,
Краса, спесивое бурленье юной крови,
Как мертвый куст, уж вновь цвеcти не станет.
И когда спросят где краса ютится,
И где богатства похотливых дней,
Коль скажешь то в глазах твоих таится,
Нельзя никак себе польстить пошлей.
Насколько лесть полезна красоте?
Ведь так легко ответить не таясь:
"Пусть юность ей владеет в полноте;
Мой вышел срок: уж старость занялась."
Но старости рубить сплеча претит:
Кровь холодна у ней, ей снится что кипит!

----------
Перевод С. Степанов
----------

Когда твое чело, как рвами поле,
Изроют сорок зим, увидишь ты
В прекрасном красоты своей камзоле
Линялые лохмотья нищеты.

И если вопросят тебя с укором:
"Где ныне свежесть красоты твоей?"
Ответить будет для тебя позором -
Мол, канула на дно твоих очей.

Но более другой ответ подходит:
"Вот сын мой! Он меня красой лица
И прелестью натуры превосходит
Во искупленье старости отца".

Пусть в жилах кровь года твои остудят,
В наследнике она горячей будет.

----------
Перевод А.М. Финкеля
----------

Когда тебя осадят сорок зим,
На лбу твоем траншей пророют ряд,
Истреплется, метелями гоним,
Твоей весны пленительный наряд.
И если спросят: "Где веселых дней
Сокровища и где твой юный цвет?"
Не говори: "В глуби моих очей" -
Постыден и хвастлив такой ответ.
Насколько больше выиграл бы ты,
Когда б ответил: "Вот ребенок мой,
Наследник всей отцовской красоты,
Он счеты за меня сведет с судьбой".
С ним в старости помолодеешь вновь,
Согреешь остывающую кровь.

----------
Перевод Самуила Яковлевича Маршака
----------

Когда твое чело избороздят
Глубокими следами сорок зим,
Кто будет помнить царственный наряд,
Гнушаясь жалким рубищем твоим?

И на вопрос: "Где прячутся сейчас
Остатки красоты веселых лет?" -
Что скажешь ты? На дне угасших глаз?
Но злой насмешкой будет твой ответ.

Достойней прозвучали бы слова:
"Вы посмотрите на моих детей.
Моя былая свежесть в них жива,
В них оправданье старости моей".

Пускай с годами стынущая кровь
В наследнике твоем пылает вновь!