Заключение

Теперь, после того, как рассмотрены отдельные элементы драматургии Шекспира, сведем воедино результаты наблюдении.

При всем разнообразии жанров и сюжетов пьесы Шекспира имеют общие черты, и это создает в нашем представлении облик их создателя. У каждого, кто знаком с произведениями Шекспира, есть свое ощущение его художественной индивидуальности. Даже тот, кто не владеет методами литературного анализа, чувствует, что трагедии Софокла или Расина отличаются от пьес Шекспира. И точно так же достаточно обычного художественного чутья, чтобы не спутать комедию Мольера или Гоголя с комедией Шекспира.

В чем же заключаются особенности, присущие пьесам Шекспира?

Шекспир создает напряженно драматическое и поэтически воодушевленное видение жизни. Каждая пьеса представляет собой мир в миниатюре: она дает картину не куска действительности, не отдельных сфер ее, а именно целого мира. Разными доступными ему средствами, прежде всего речами персонажей, Шекспир связывает события, изображаемые в данном произведении, со всем мировым порядком. Космическая масштабность присуща и античной трагедии, где событиями прямо или косвенно управляют боги. В пьесах Шекспира движущей силой событий является человеческая воля, титанические порывы героев, их страсти и духовные стремления.

Космическая масштабность сочетается у Шекспира с охватом широчайшего жизненного пространства. Сосредоточив внимание на отдельном значительном конфликте, он показывает его как часть общего течения жизни, входе которой решаются судьбы героев.

Пьеса Шекспира изображает перед зрителем все государство в миниатюре (хроники, трагедии) или все общество, включая государственных лиц и, так сказать, обывателей (комедии). Все вовлечены в драматические события, участвуют в них, имеют к ним отношение. В каждом произведении общество и государство представлены «в разрезе» — от высших до низших слоев, причем все в той или иной мере причастны к основному действию.

Фабула пьесы развертывает большую цепь событий, охватывающих важнейшую полосу в жизни героев. Наряду с главным действием происходят побочные происшествия, являющиеся либо вариантом основной коллизии, либо фоном, создающим контраст по отношению к последней. На протяжении пьесы судьба основных действующих лиц решается полностью — либо они находят свое счастье, либо погибают.

Столкновения и борьба между персонажами имеют в основе борьбу личных стремлений. Однако при всем личном характере коллизий в них отражаются противоречия более широкого масштаба, несущие на себе явную печать социальных сдвигов, происходивших в Англии на рубеже XVI—XVII веков. Драматизм пьес Шекспира обусловлен не только столкновениями индивидуальных воль, но и антагонизмами, имеющими глубокий социально-идеологический характер. В драматических конфликтах пьес Шекспира перемежаются старые и новые нравственные понятия и стремления. Феодальное своеволие и средневековая патриархальность, буржуазное стяжательство и эгоизм, гуманистическая идейность и трезвенный скептицизм предстают у Шекспира как почва и внешних и внутренних конфликтов.

Скрещение различных социальных, нравственных и идеологических пластов сказывается на драматической структуре, подчас также обнаруживающей внутреннюю противоречивость. Разрабатывая сюжеты, завещанные прошлым, Шекспир наполняет их современным смыслом. Старое и новое оказываются тесно сплетенными, но, конечно, в сочетании античных, средневековых и ренессансных мотивов последние играют решающую роль.

Пьесы Шекспира лишены единства тона. Для них характерно эмоциональное многообразие: серьезное перемежается веселым, трагическое — комичным, идеальное — низменным. Но в каждой пьесе одна тональность получает преобладание, и это позволяет определить ее жанровую принадлежность.

Границы жанров у Шекспира не четки. Его драматургия включает как сравнительно чистые типы комедий и трагедий, так и промежуточные, гибридные жанры, с трудом поддающиеся определению.

Такое же богатство вариантов обнаруживается и в образах людей, созданных Шекспиром. Его искусство вмещает и традиционные театральные амплуа, и тонкое изображение сложнейших характеров. Удивительное сочетание типичного и индивидуального обогащено подчас изображением личности в развитии, и это, как известно, составляет одно из важных художественных открытий Шекспира, герои которого отличаются титанизмом.

Действие пьес тесно сплетено с характерами. Хотя фабула, как правило, дана Шекспиру историей или литературой, герои пьес не марионетки, подчиняющиеся сложившемуся сюжету, а живые человеческие образы. Характеры разнообразно проявляют себя в жизненных ситуациях, возникающих по мере развития событий. Многоплановость действия органично сливается с многосторонностью характеров главных действующих лиц, движимых сильными личными мотивами — страстью, принципом, жаждой жизненных благ, стремлением утвердить себя в мире.

Наполненные огромным богатством идей, отражающих духовную жизнь общества, остро и взволнованно реагировавшего на противоречия действительности, пьесы Шекспира несводимы к одной господствующей мысли или, тем более, к тезису. Изображая столкновение моральных принципов, Шекспир не сводит действие к иллюстрации нравственной идеи, выдвигая на первый план динамичное изображение жизненного процесса во всей его сложности.

Шекспир сочетает реальное с фантастическим. Его художественное мышление синтезирует мифическое, легендарное и сверхъестественное с логикой реальных обстоятельств и психологически обоснованным поведением характеров. В разные моменты действия на первый план выходит то один, то другой из этих элементов, и все вместе они создают причудливый сплав яркой поэтической образности с жизненно достоверными и типичными явлениями. Шекспир еще сохраняет красочно поэтическое видение мира и уже владеет мастерством изображения реальностей жизни.

У Шекспира все укрупнено и поднято на тот уровень, когда отдельные человеческие судьбы собирают в себе отражение важных жизненных процессов. Шекспир пользуется многими средствами художественного обобщения; универсальность его творческого метода такова, что делает узкими обычные литературоведческие категории. Жизненная правда идет у него об руку с богатейшей игрой воображения, особенно проявляющейся в его поэтическом языке.

Образность и метафоричность стихотворной речи, ее ритм и мелодия имеют не внешнее, украшающее значение, а составляют сердцевину художественного метода Шекспира. Его пьесы поэтичны по самой своей природе. Дух поэзии осеняет не только легендарные, сказочные, но и исторические сюжеты Шекспира. Трагедия издавна дружила с поэзией. Шекспир соединил поэзию и с музой комедии.

Пьесы Шекспира — совершенное воплощение всех родов поэзии: эпоса, лирики и драмы; они органически слиты со средствами сценического искусства — звучащим словом, пластикой движений, красочностью театрального зрелища, вокальной и инструментальной музыкой, наконец, хореографией. Они — наиболее доступное той эпохе воплощение синтеза искусств.

В сложном сочетании разнообразных художественных элементов доминанту составляет поэтический драматизм — неразрывность драмы и поэзии, наивысшие эмоциональные эффекты, достигаемые средствами драматического изображения жизни, и наивысшие эмоциональные эффекты, обусловленные несравненным по лирической силе выражением духовной жизни человека.

То, что изложено в этой книге, далеко не исчерпывает характеристику художественного метода драматургии Шекспира. Как я предупреждал вначале, рассмотрению подлежали те элементы, которые составляют арсенал выразительных средств Шекспира-драматурга. Эти средства так богаты и разнообразны, что даже не обо всех было рассказано. Некоторые частности остались за пределами книги. Но сказанного, надеюсь, достаточно, чтобы узнать тот основной «строительный материал», который служил Шекспиру при создании пьес.

Как я говорил, для изучения Шекспира это только начало.

Основываясь на исследованиях мировой шекспировской критики, я обрисовал здесь структурные элементы, из которых складываются пьесы Шекспира. Но, конечно, художественное произведение не сумма таких элементов. Шекспир творил, движимый сложными идейными и артистическими побуждениями, которые не покрываются и не объясняются техникой драматического искусства. Но несомненно, что творческая мысль Шекспира органически включала навыки его ремесла. Творчество — это искусство, опирающееся на владение всеми средствами выразительности. Свободное владение драматургической техникой, необыкновенный поэтический дар давали Шекспиру возможность осуществлять самые смелые замыслы. В результате каждая пьеса Шекспира — это отлитое в высокохудожественную форму, проникновенное видение жизни, отражение ее объективных закономерностей через призму личного мироощущения и миропонимания поэта-драматурга.

Вопрос о мировоззрении Шекспира затронут мной лишь частично. Он требует более глубокого рассмотрения в связи с идеологией той эпохи. Художественная сторона произведений тоже здесь не исчерпана. Показаны лишь средства, которыми пользовался Шекспир. От отдельных элементов, рассмотренных здесь, естественно обратиться к произведениям в их цельном виде и выявить мысль Шекспира-художника в том единственном и неповторимом сочетании средств выражения, которое дало нам замечательные шедевры комедии, трагедии и исторической драмы. Как я уже говорил, в этом отношении критике еще надо много сделать для объяснения мастерства Шекспира. Воздействие его художественного гения испытывает на себе всякий восприимчивый к искусству человек. Но мы живем в век, когда возросла потребность узнать глубинные законы искусства. Удовлетворить эту потребность — задача литературной науки и критики. Однако изучение Шекспира, как и других величайших художников, не замкнутое, цеховое занятие. Оно открыто для всякого, кто хочет осмыслить свои эстетические чувства, вызванные общением с творениями великих художников. Моя книга обращена именно к таким читателям. Не приписывая себе в этом особой заслуги, а лишь делясь опытом и знаниями, накопленными шекспировской критикой, я надеюсь, что изложенное мной поможет читателю углубить свое понимание художественного своеобразия каждой пьесы, а с течением времени и всего искусства Шекспира в целом.